Антикризис-2020 Коронавирус в Кирове Мусорный комплекс в Лубягино Красота и здоровье Марадыковский Тесты Песочница
Истории
 
ВХОД / РЕГИСТРАЦИЯ
 
 

Инженер-проектировщик: «Ты раб на галерах, который вынужден делать всё, что скажут»

Автор:
16 марта 2017, в 11:07
Просмотров: 11991

Как становятся заложниками чиновников, на какие компромиссы с застройщиками можно пойти и почему в историческом центре Кирова, несмотря на запрет, продолжают появляться высотные дома – в новой истории блога «Изнанка профессии».

Наш сегодняшний герой работает в одной из проектных организаций Кирова главным инженером проектов. Мы не раскрываем его имя и название компании, потому что его опыт не уникален, да и лишние проблемы с заказчиками и чиновниками ему не нужны.


«Я вырос в сельской местности и с детства привык работать своими руками. Вместе с родителями строил дом. К тому же в школе нравились математика и физика. Поэтому выбор профессии был однозначный - хочу быть строителем и всё. В начале нулевых поступил в ВятГУ на инженерно-строительный факультет по специальности «Промышленное и гражданское строительство». Это самая старая специальность факультета и самая универсальная. Она включает в себя все основные навыки: и архитектуру, и конструкции, и технологию строительства, и инженерные сети. В общем, выпускник с этой специализацией может пробовать себя во всех областях.


Мне повезло, я ещё застал старую преподавательскую школу, опытных профессоров, которые в своё время создавали и развивали этот факультет. Сегодня большинство преподавателей того поколения либо умерли, либо ушли на пенсию, а факультет стал выпускать очень «сырых» специалистов. Теперь учат по шаблонным учебникам и методичкам, а обязательная летняя производственная практика проводится формально, для галочки. Сейчас ещё насоздавали много дополнительных специальностей, более узких, а срок обучения сократили с пяти до четырёх лет. Всё это не лучшим образом повлияло на качество строительного образования. С коллегами мы общаемся, и все мы при приёме молодых сотрудников сталкиваемся с тем, что многие выпускники не пригодны не только как специалисты, но и в принципе не пригодны к обучению.


Несчастных случаев у нас на стройке не было


На старших курсах я стал совмещать учебу с работой на стройке, сначала был разнорабочим, плотником, бетонщиком, потом стал мастером строительно-монтажных работ. У нашего прораба было несколько объектов, он везде не успевал, и поэтому на одной из строек поставил меня командовать. Около года я так трудился, строили мы многоквартирный дом, и у меня в подчинении было около 40 человек. С учётом того, что я был ещё студентом, это был хороший опыт. Узнал, так сказать, строительную отрасль изнутри, а не как пишут в учебниках.


У нас в университете был такой предмет – «Организация строительного производства», где мы изучали, как должна быть устроена стройплощадка, как эксплуатируются материалы, по каким схемам работают бригады, как техника передвигается и так далее. Ни на одной стройке я ничего подобного не видел. Всё устроено так, как удобно рабочим, с нарушением правил техники безопасности, состава бригад и норм труда.


Крупные застройщики, когда строят кварталами, ещё могут как-то позволить себе организовать стройку по правилам, рационально, а у маленьких и средних фирм организация работы строительной площадки со всеми работами выходит дороже, поэтому они стараются на всём сэкономить, в том числе на соблюдении всех правил и норм. Например, у строительного крана есть ограничение вылета стрелы. Чтобы смонтировать железобетонные конструкции с другой стороны здания, надо очищать площадку и перегонять кран. Это может занять день. Вместо этого крановщики поступали проще: отключали вручную ограничительное устройство и монтировали стену на максимальном вылете стрелы. Или, допустим, привозили 12-метровые длинномерные трубы металлические, по правилам их надо было разгружать с использованием специальной оснастки либо двумя кранами. А мы разгружали тем, что было под рукой. Посередине трубу прицепили, кран стал её поднимать, ну её и закрутило. Снесли половину бытовки и фонарь над забором. Хорошо, что обошлось без жертв.


Конечно, мне, 20-летнему студенту, поначалу было очень нелегко. Люди на стройке работали в основном в возрасте, с разными взглядами и привычками. Но с учётом того, что я с детства многое знал и умел, с людьми получалось находить контакт. Я не «включал начальника», а они мне не ставили палки в колёса.


После института у меня был выбор - либо оставаться на стройке, либо пробовать себя в чём-то другом. На стройке я тогда, честно говоря, наработался, не видно было больших перспектив, да и начальство вело себя не слишком порядочно. Поэтому когда меня позвали в проектную компанию, согласился. Заманили тем, что работа разнообразная. Я сам по характеру не люблю монотонный труд, мне надо решать нестандартные задачи, переключаться с одного на другое. С тех пор вот уже около десятка лет работаю инженером-проектировщиком.

Инженер-проектировщик: «Ты раб на галерах, который вынужден делать всё, что скажут»


Куда уходят кадры


Что могу сказать об этой сфере? Она сейчас переживает не лучшие времена. Во-первых, ощущается острая нехватка квалифицированных кадров. Как я уже говорил, молодые специалисты выходят из вуза без хороших базовых знаний, то есть их приходится обучать с нуля, а это не всем хочется делать, потому что результат не гарантирован.


Ну и само молодое поколение сейчас как-то не особо понимает, что сначала надо зарекомендовать себя, что хороший проектировщик должен уметь самостоятельно находить знания, ориентироваться в документах, чертежах, строительной технической литературе, искать информацию. Одно дело погуглить, а другое дело понять, что ты нагуглил. Но нынешние выпускники совершенно несамостоятельные, они привыкли действовать по шаблону, шаг влево, шаг вправо – всё, уже начинаются проблемы. И при этом все хотят получать деньги: не зарабатывать, а именно получать, по умолчанию, просто за то, что ты находишься на своём рабочем месте. Но должен же быть какой-то интерес к своему делу. Если его нет, то лучше этим и не заниматься совсем.


Есть вторая сторона медали. Во многих крупных проектных институтах остались работать чуть ли не одни пенсионеры, которые в большинстве своём уже не способны перестроиться под современные требования. Они привыкли работать по старинке и до сих пор закладывают в проекты рубероид по ГОСТу 60-х годов, хотя сегодня придуманы сотни современных изоляционных материалов. И вот представьте себе, к ним на стажировку приходят вчерашние студенты, без хорошей собственной базы. Какие знания им могут дать?

А проектировщики среднего возраста, у которых уже есть определённый опыт и знания, и которые находятся, так сказать, в самом расцвете сил, либо уже организовали своё дело, либо работают в более-менее успешных организациях. Они трудятся на коммерческой основе, им надо делать проекты, получать прибыль. Им некогда учить молодёжь, тем более нет гарантий от того, что ты вложишь в новичка свои деньги и опыт, а он потом просто уволится и уйдёт. В советское время была система: когда специалист приходил на предприятие, его прикрепляли к определённому руководителю, и тот его натаскивал и обучал. Сейчас никакой системы нет. Каждый сам по себе и сам за себя.


Поэтому мы сейчас наблюдаем весьма печальное положение крупных проектных институтов типа Кировпроект, Биотин, Агропромпроект. Из них успешным можно назвать только Кировводпроект, потому что он занял много ниш и довольно хорошо развил у себя коммерческое направление. Занимается экспертизами, изысканиями, создает комплексные предложения, у них хороший штат постоянных сотрудников, они решают сложные задачи и обеспечивают себя большими объёмами работы. Остальные институты - у них большие площади, большие издержки, потому что всю эту махину надо как-то содержать. И у них большой штат, но в основном это как раз студенты и пенсионеры. А так как проектный рынок в последние годы сильно просел и до сих пор не восстановился, заказов мало, конкуренция высокая, суммы проектов небольшие, то и у таких институтов нет возможности набирать хороших специалистов и платить им достойную зарплату. Поэтому проектные институты сильно проигрывают небольшим - в 10-15 человек - фирмам, которые не несут таких больших издержек и более привлекательны как работодатели в плане зарплат.


К сожалению, резкое сокращение объёмов работ на этом рынке, возникшее 10 лет назад, перешло в хроническую фазу, появилось очень много фирм-однодневок и фрилансеров-шабашников, которые берутся за всё подряд, очень сильно демпингуя. К примеру, есть проект постройки, который по государственным расценкам стоит 200 тысяч рублей. По рыночной цене ты можешь заказать его проектной фирме за 100 тысяч рублей, а шабашники готовы сделать его за 30 тысяч. О какой прибыльности и развитии может идти речь, если рынок провален и такая высокая конкуренция? При этом заказчики вообще не ориентируются на качество и сроки, а только на цену. Идут в проектную организацию, заказывают за маленькую денежку проект, а потом на стадии строительства с ним мучаются, потому что он с косяками. Но они заплатили за него мало денег, и для них это главное. И на следующем объекте встают на те же грабли.


Бардак в нашем маленьком королевстве


Вообще-то весь жизненный цикл здания должен быть взаимосвязан. Изыскания, проектирование, строительство и эксплуатация – каждый этап должен быть логичным продолжением другого. На самом деле никакой связи между ними в большинстве случаев вообще нет. То есть изыскания делают одни люди, проектную документацию другие, строят третьи, возможно, вообще не по проекту, а эксплуатирует фирма, у которой на руках может вообще не быть никаких документов по дому.


Косяки случаются на каждом этапе. Заказчик выдал неправильные или неполные исходные данные – уже заложил косяк. Изыскания провели как попало, что-то не учли – второй косяк. Проектировщик сделал с нарушением, строители построили с нарушением, и эксплуатируется это потом всё с нарушениями. В результате страдает конечный потребитель, который этими объектами пользуется, и никому вину за это не пришить.


Почему такой бардак? Потому что заказчики живут сегодняшним днём, им не интересно, что будет завтра, а только то, на чём можно сэкономить здесь и сейчас. На проекте, на строительстве, на эксплуатации, и в конце цикла получается объект, который вообще не похож на то, каким он задумывался. Он упростился, у него хуже характеристики, использованы другие, менее долговечные материалы. Помните, как в заставке фильма «Ирония судьбы»? Упростили на всех этапах, и вместо красивого дома получилась невзрачная коробка, не слишком комфортная для жизни. Абсолютно верная иллюстрация того, что происходит в этой сфере и сегодня.


Многие заказчики вообще не понимают, зачем нужна проектная документация, для них это лишняя обязанность, от которой они бы с удовольствием отмахнулись, если бы не закон. Поэтому они относятся к проектам достаточно формально, а все деньги вкладывают в само строительство.


А ведь именно в грамотной строительной документации закладываются проектные решения, которые позволяют сделать строительство более экономичным, исключить перерасход материалов, обеспечить долговечность объекта, снизить затраты при его дальнейшей эксплуатации. Например, закладываешь в проекте тёплый вентфасад. Цели простые - повысить энергоэффективность здания и сэкономить в будущем на его отоплении, плюс красивый внешний вид, о котором можно будет не думать ближайшие двадцать лет. Но заказчик говорит – дорого, и вместо вентфасада решает просто утеплить стены минватой, а то и просто покрасить. Упростили, сэкономили, а эксплуатационные характеристики сразу ухудшились. Поэтому бывает обидно, когда проектируешь, высчитываешь пролёты всякие, шаги, стараешься, чтобы всем строительным нормам соответствовало, чтобы было экономично и не было перерасхода материалов, а на этапе строительства какой-нибудь прораб сворачивает твой проект в трубочку и строит, как ему удобнее.


Ну и на безопасность все плюют. По требованиям безопасности в любом здании должны быть достаточно широкие эвакуационные выходы, кровельные ограждения, чтобы снег не падал с крыш на людей, защитные козырьки, пандусы для маломобильных групп граждан, лестницы с соответствующими уклонами. Всё это вроде как мелочи, но они напрямую влияют на безопасность и удобство пользования. И на это не обращается внимания, пока не произойдёт какая-нибудь трагедия.


Инженер-проектировщик: «Ты раб на галерах, который вынужден делать всё, что скажут»

Справедливости ради, сами проектировщики не особо стремятся влиять на судьбу своих проектов. Большинству из них всё равно, построили объект по их чертежам или нет. Никто не носится с ними, как со своим любимым детищем. Они сдают проект заказчику, и их функции и ответственность на этом заканчиваются. Если, конечно, в условия контракта не включён авторский надзор, это когда представители проектировщика в процессе строительства ведут контроль, но это бывает крайне редко. И сами проектировщики не любят этим заниматься, потому что для них это лишняя ответственность, да и в процессе строительства к ним могут возникнуть вопросы. Поэтому они стараются отгрести от себя. А для заказчиков авторский надзор – это лишние затраты, которых они стараются избежать.Строители всё равно очень часто строят не по проекту, с отклонениями, которые нигде не фиксируются. Как проще, как дешевле, как им привычнее строить.


Нередко бывает, что проектировщики по просьбе застройщиков сознательно идут на нарушения. С одной стороны, это бизнес. Не сделаешь ты, сделает кто-то другой. Всё зависит от условий - что именно нарушается и насколько серьёзно. Если объём нарушений небольшой, а сумма договора хорошая, то большинство проектировщиков этот контракт возьмёт. Но постараются отгрести от себя - мол, мы вам нарисуем, что хотите, но дальше согласовывайте и продавливайте сами. А застройщику только это и надо.


Но есть и те, кто отказываются от нечистоплотной работы. Например, нам как-то предлагали сделать экспертизу для сноса дома, который является памятником архитектуры и объектом культурного наследия. Надо было подготовить заключение, что там всё прогнило и дом надо снести, хотя на самом деле он был ещё довольно крепким. От этой работы мы отказались, потому что она противоречит нашим принципам. И поэтому эти заказчики к нам больше и не обращаются.


Отдельно стоит сказать про нормы. Раньше действовали старые советские СНиПы, которые были на самом деле очень неплохими нормами в плане обеспечения качества проектирования и строительства. Однако сейчас многие те нормы уже устарели, так как строительная отрасль бурно развивается - назрела необходимость обновления норм. С 2008 по 2013 годы прошла актуализация строительных норм – вместо СНиП появились СП. И на этом отличия почти заканчиваются... Актуализацией занимались «эффективные манагеры» из Минрегионразвития, практически без привлечения и обсуждения с профессионалами и экспертами. Десятки миллионов бюджетных средств были освоены, наверх отчитались: всё актуализировано и обновлено. По факту же поменяли лишь обложки, а большая часть содержания осталась прежней, были внесены лишь небольшие изменения в отдельных нормах. Результат - мы имеем сырые, не адаптированные к современному строительству и федеральному законодательству нормы, по которым от нас требуют жить… И это параллельно с увеличением объёма и сложности необходимого комплекта проектной документации. О каком качестве и развитии отрасли может идти речь?


Новый рабовладельческий строй


На проектном рынке можно выделить три основных сегмента. Это частные заказы, на которые приходится около 10% объёма. Это маленькие проекты для физлиц и маленькие суммы, которые обычно разбирают шабашники и фрилансеры. Второй сегмент - это всякие производственные и строительные предприятия, коммерческие структуры. На них приходится примерно половина рынка, и это самые интересные и выгодные для проектировщиков заказы. Здесь больше объём работ, больше суммы контрактов, и сроки оплаты приемлемые. Многие из заказчиков этого сегмента стараются работать с постоянными подрядчиками и заключают контракты напрямую, а некоторые проводят свои внутренние торги. Например, у тех же «крупняков», вроде компаний «Т Плюс» или «Горэлектросеть», довольно жёсткие требования к проектным организациям и очень высокая конкуренция. Чтобы к ним заявиться на конкурс, нужно собрать гигантскую пачку бумаг. Но это того стоит, потому что у того же ПАО «Т Плюс» есть стратегия развития, и каждый год они выделяют приличные суммы на реконструкцию сетей по городу, на модернизацию ТЭЦ и многое другое. Фирмы заявляются со всей России. Бывает, что участники торгов из других регионов дают самую низкую цену и уволакивают заказы себе. У них схема – находят аукцион, сбивают цену и отдают работу шабашникам, которые делают проект за копейки. При этом за качеством они не гонятся, им главное сделать подешевле.


И наконец, третий сегмент - государственные и муниципальные закупки, это процентов 40 от рынка. Здесь поле довольно хорошо зачищено и не каждая фирма на него зайдёт, а если зайдёт, то сотню раз пожалеет. Почему? Во-первых, всеобщая бюрократия. Чтобы аттестоваться на электронной площадке и зарегистрироваться на аукцион, нужно каждый раз собирать огромную пачку бумаг, начиная с уставных документов и заканчивая кучей всяких справок. Причём на одни и те же аукционы для одного и того же заказчика на одной и той же площадке приходится регулярно брать одни и те же справки в налоговой или выписки из ЕГРЮЛ. Хотя по идее эти данные должны находиться в единой базе и устроители аукциона могут самостоятельно их проверить, сделав запрос. Но вместо этого приходится постоянно заказывать эти справки, собирать, некоторые – долго ждать, за многие справки надо платить, и каждый раз это нужно делать самим проектировщикам, хотя все эти документы есть в общем доступе.


Во-вторых, на стадии рассмотрения заявок часто начинается крючкотворство со стороны организаторов торгов. Многие заказчики до сих пор не знают, как правильно организовать конкурс, какие условия выставить, и практически во всех аукционах есть какие-то косяки и ошибки, когда информация либо неправильно внесена, либо часть её отсутствует. И когда ты участвуешь в аукционе, то по сути вытягиваешь кота в мешке. То есть по аукционному заданию может быть одна картина, а когда приступаешь к работе, картина уже другая. Но цену поменять уже нельзя, и тебе просто приходится выполнять взятые на себя обязательства.


Причём очень часто у заказчика размыта ответственность, то есть нет конкретных лиц, которые отвечают за исполнение этого контракта. И все дополнительные трудности, которые возникают и которые по закону должен решать заказчик, сваливаются на проектировщика. Не хватает документации – сходи, получи сам, какие-то согласования нужны, которые по закону должен делать заказчик, – иди делай сам. Вот и получается, что когда проектировщик заходит на торги, он должен быть готов к тому, что будет делать не только свою основную работу, но и работу заказчика - получение исходных данных, разрешительной документации, согласование с разными инстанциями. То есть работать за себя и за того парня. И отказаться нет возможности, потому что тогда начнутся проблемы – тебя занесут в чёрный список и больше ты не сможешь работать с муниципальными заказами. Подписывая контракт, где ответственность подрядчика априори в разы превышает ответственность заказчика, ты по сути становишься заложником. Такой раб на галерах, который вынужден делать всё, что тебе скажут, иначе тебе просто не заплатят денег. К тому же, как правило, на государственных аукционах аванса нет, ты делаешь всё за свой счёт, а потом долго и упорно выбиваешь деньги.


Закон - что дышло


С государством нашим вообще хорошо бы иметь как можно меньше дел. Но работа проектировщика, увы, очень тесно связана с деятельностью чиновников. Например, к ним приходится идти, когда нужно узаконить перепланировку квартиры своего клиента или сделать госэкспертизу. Не знаю, зависит ли доход сотрудников этих структур от количества найденных нарушений, но у меня складывается ощущение, что так оно и есть. Их начальство видимо думает, что если ты ничего не нашёл, значит ты плохо работал. Если не к чему придраться, начинают придираться к мелочам, высасывать из пальца. Причём не с точки зрения целесообразности или безопасности решений, а чисто по формальным признакам и даже по оформлению – линия не той толщины или шрифт неправильно выбран.


А с другой стороны, полно примеров, когда действует чьё-то лобби и чиновники согласуют всё что угодно, даже с реальными нарушениями. То есть золотой середины нет, когда бы были одинаковые требования для всех. Либо придираются к каждой запятой, либо пропускают, даже не разбираясь в деталях или закрывая глаза на определённые решения.


Инженер-проектировщик: «Ты раб на галерах, который вынужден делать всё, что скажут»

И вот эта система либо тотальной проверки, либо поиска обходов, она и породила такой инструмент, как негосударственная экспертиза. Потому что раньше госэкспертиза, во-первых, не справлялась с объёмом работы, а во-вторых, очень долго делалась, нормативный срок проверки проектов у них три месяца. А негосударственная экспертиза делается в пределах двух недель. Это, в принципе, рынок. Возник спрос, пролоббировали его на государственном уровне и создали предложение – госэкспертизу законодательно приравняли к государственной, и теперь её проходят только бюджетные объекты, для которых она обязательна. А все, кому надо либо по быстрому пройти, либо формально, либо с отклонениями, идут в негосударственную экспертизу. Там платишь деньги и тебе дают заключение. Таких фирм огромное количество, можно даже в Москве найти фирму, которая ничего не будет смотреть, а просто возьмёт с тебя определённую сумму и выдаст положительное заключение. Потом ты идёшь с ним в администрацию получать разрешение на строительство, и они не имеют законных оснований для отказа, хотя по факту проект выполнен с нарушениями. То есть они сами эту систему породили, а теперь сами от неё страдают.


Не секрет, что крупные застройщики лоббируют свои интересы, в том числе и законными методами, пользуясь дырками и лазейками в законодательстве. Закон что дышло – этот слоган в строительной сфере очень даже действует. В параллельной вселенной, где всё устроено правильно , есть свод законов, и каждая норма в нём утвердительная: должно быть так. А у нас: должно быть так, но если не так, то можно вот так, ну или в крайнем случае вот так, а если совсем никак, то можно попробовать вот так. Сноски со звёздочками, исключения из правил, нет чётких параметров прописанных, а значит можно трактовать, как хочешь. Есть много нормативов, которые друг другу противоречат, и всегда под себя можно выбрать нужный и обосновать. И тут уже победа бывает за теми, у кого более опытные и грамотные юристы.


Яркий пример - ограничение этажности в исторической части города. Институт выдачи разрешений на отклонения существует, но с определёнными условиями. Надо обосновать и доказать, что нужно так, а не по-другому. Но формально это обещание администрации осталось на словах. Они сделали первые шаги в этом направлении, но этого недостаточно. Застройщики ссылаются на федеральное законодательство, где такие прямые запреты отсутствуют, и все эти ограничения легко обходят. Вряд ли администрация тянет с этим вопросом сознательно, скорее, это обычная бюрократия. Плюс низкая эффективность работников администрации. Никто не старается ускорить, модернизировать, улучшить. Плывут по течению. Появляется общественный запрос с протестами, они начинают реагировать и какие-то шаги делают. Общественный запрос затихает, и они тоже останавливаются.


Ещё проектировщикам приходится ходить на публичные слушания, но это бывает довольно редко. Если в проекте есть что-то не совсем законное либо там есть нюансы, которые надо продавить, то как правило привлекают тяжелую артиллерию, то есть кого-то из руководства компании-застройщика. На проектировщиков ссылаются уже в последнюю очередь. Есть исключения, когда проектировщик тесно связан с застройщиком, тот же Константин Павлов, он вместе с КССК ходит на публичные слушания, и у них там чёткое распределение ролей. Павлов давит авторитетом, бросается терминами и пытается взывать к тому, что участники слушаний не специалисты и не могут судить о проекте профессионально. А представитель застройщика при необходимости уже включает грубую силу и административный ресурс. Но это скорее исключение, чем правило.


Шабашки поощряются


К сожалению, проектный рынок, упав в 2008 году во время кризиса, так и не поднялся. Соответственно, практически не изменились за эти годы и доходы специалистов. Средняя зарплата в проектных организациях для рядового инженера – от 10 до 15 тысяч. Среднее звено – руководители групп, главные инженеры проектов – получают от 15 до 30. Обычно оплата складывается из фиксированной части и премии за выполненную работу. На одну зарплату прожить не реально, у всех семьи, дети, ипотека. Поэтому практически все проектировщики шабашат. Приходишь вечером с работы домой, и весь вечер и ночь сидишь, работаешь, дополнительные денежки зарабатываешь. Чем опытнее и квалифицированнее ты как инженер, тем более серьёзные и денежные шабашки ты можешь брать. У хороших инженеров уровень дополнительного дохода больше, чем зарплата.


Шабашки появляются разными путями. Какие-то коллеги подкидывают, что-то на форумах по объявлениям находится, сарафанное радио хорошо работает. А иногда шабашки может предложить сам руководитель на основной работе. Конфликта интересов тут нет. Он предлагает своим работникам сделать проект в нерабочее время за неофициальную зарплату. Например, документация стоит 50 тысяч, но если сотрудник будет брать эту работу официально, то фирма заплатит ему 20 тысяч рублей в виде зарплаты. А если он возьмет её как шабашку и будет делать по вечерам, то ему заплатят десятку, но уже сверх зарплаты. Получается, и у работодателя остаётся больше денег, и сотрудник доволен лишней десяткой. Вот такая экономика.


В целом, несмотря на все очевидные минусы сегодняшнего дня, я не жалею, что пошёл в эту профессию. Но связывать всю жизнь с проектированием я не собираюсь и в ближайшее время хочу уйти в смежные сферы, например, в строительную экспертизу и оценку. Это и менее затратно по времени, и более прибыльно.



Фото: besten.in, verticalhr.ca, qardasliq.org


 
Все соцсети
Комментарии
26
 
Комментарии (26)
 
ИНФОРМАЦИЯ ПАРТНЕРОВ
ЛУЧШЕЕ НА ПОРТАЛЕ
Хотите обсудить? Оставьте комментарий, нам важно ваше мнение
   
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
 
Свойкировский.рф - сайт о том, как жить в Кирове. Без фейков, детально, непредвзято. Самые актуальные и интересные новости, репортажи, интервью, прямые трансляции, подкасты, журналистские исследования и эксперименты. Тематические разборы по запросам читателей. Самая подробная городская афиша и подборка свежих вакансий. Присоединяйся к нам!